- Случайно вышло, я в себя еще не пришел, а эти твои помощники: «что делать? Что делать?» Я просто рукой махнул, чтоб отстали, а эти недоумки решили, что я приказал атаковать…

- Атаковать? И как же мне расценивать теперь свою победу? – пробормотал Бродерик. – Как результат ошибки? Забавно, стоит ли мне благодарить тебя или лучше славить Де Лэя с Сирром за их тупоголовость и исполнительность? Разберемся. Значит, делать будем вот что: сейчас оденешься и выйдешь к солдатам, произнесешь речь, назначишь меня своим советником. Назовешь внебрачным сыном – я по молодости тот еще ходок был, так что никто не удивится.

- А потом?

- Третьего будем искать. Он сейчас в твоем теле. И он обычный крестьянин. Представляешь, что он может начудить?

- Почему в моем?

- Подумай сам: ты в моем, я в теле крестьянина Хорста, где сейчас Хорст? Простая задача.

- Зачем его искать? Через три дня все вернется на свои места. Мы даже до столицы добраться не успеем.

- Я в этом вовсе не уверен, - заметил Бродерик, собирая разбросанные по полу детали маршальского костюма. – Я не о каких трех днях не молился. Лишь до конца отпущенного мне срока. Может быть, это и три дня, а может быть, и нет. И это значит, что все останется так как есть до момента, когда умрет мое прежнее тело. То есть ты. Вот так мы теперь связаны. И поэтому, я считаю, что неизвестного третьего, который сейчас выступает под личиной купца Первой гильдии, лучше держать под рукой. Бог знает, что он там загадал?!

С помощью Бродерика Гровель обрядился в нарядный костюм, по случаю победы украшенный пятью пушистыми белоснежными перьями, и, опираясь на подставленную будущим советником руку, вышел из шатра.

На площадке перед ними собралась уже приличная толпа – человек в пятьсот, возглавляемая Сирром, Де Лэем, Монтро и парой звероватого вида мужиков, державшихся со своими людьми особняком. Стоило маршалу показаться в проеме, как воздух наполнился торжествующими выкриками: